О конкуренции и сотрудничестве

«Выиграть это ещё не всё. Все остальные должны проиграть», — Ларри Эллисон (в молодости)

Меня поражает, насколько глубоко тяга к соперничеству прошита даже в самых успешных людях. Причём и там, где формально нет никакой борьбы.

Я учусь в Сколково на Executive MBA. Казалось бы, студенты — уже всё доказали, у каждого за плечами весомые достижения. В первые дни знакомства мы выполняли задания в группах, разбирая бизнес-кейсы. Но как только наступал момент презентаций — всё мгновенно превращалось в соревнование. Команды придумывали себе названия вроде «Первые», «Победители», «Лучшие», подшучивали над чужими промахами и презентовали результаты так, будто главная цель — победить. Атмосфера в аудитории была буквально наполнена тестостероном. Забавно, что нас никто даже не сравнивал извне и повода для конкуренции в реальности не существовало.

С одной стороны, понятно: азарт и стремление к победе — мощный стимул. С другой — где проходит граница между соперничеством и сотрудничеством?

Ведь группы могли бы дополнить друг друга: отметить сильные стороны чужих решений, объединить выводы. Вместо набора отдельных презентаций получилось бы целостное решение. Почему же мы чаще выбираем конкуренцию как базовый паттерн поведения?

На лидерском треке нам показывали ролик о становлении Арнольда Шварценеггера. Спортсмен, актёр, политик — человек-легенда. Но что стояло за этим успехом? Сам Арнольд рассказывал: отец постоянно стравливал его со старшим братом Майнхардом — кто быстрее, кто сильнее, кто лучше. Даже завтрак нужно было заслужить. Всё строилось на жёсткой конкуренции.

Пример приводился как вдохновляющий. Но у меня возникла другая мысль — это ведь чистый «эффект выжившего». Мы видим единицы, кто сумел превратить давление в топливо и выстрелить. А сколько тех, кто «не вывез»? Сколько детей остались с искалеченной психикой? Гораздо больше, просто о них никто не говорит.

Брат Арнольда погиб в тридцать лет, пьяным за рулём. Арнольд даже не приехал на похороны. Через год умер отец — на его похороны он тоже не прилетел. Какова цена такой гонки? Где её предел?

«Конкурентная фаза» может быть полезна как временный этап, некий толчок вперёд. Но для создания чего-то действительно большого и значимого требуется другая логика — сотрудничество. Это не про то, чтобы быть «лучше других» (слишком субъективный критерий), а про то, чтобы вместе сделать больше. То, что одному человеку не по силам.

Всем строить большее, чем мы сами… вместе с партнёрами, командами, организациями, обществом, цивилизацией! 😎